4. Дифференциальные признаки частей речи

4. Дифференциальные признаки частей речи

С
учётом критериев разграничения частей
речи у каждой из них выделяются
дифференциальные признаки. Приведём
примеры. Основными дифференциальными
признаками имен
существительных
являются:

категориальное
значение – предметность;

способ отображения
– номинация;

грамматические
признаки: постоянная (классификационная)
категория рода, изменяемые категории
числа и падежа, в предложении выступает
в роли подлежащего, дополнения,
обстоятельств разных типов, именной
части составного сказуемого,
несогласованного определения;

с
точки зрения словообразования имена
существительные могут быть непроизводными
и производными (в последнем случае
следует назвать аффиксы, типичные только
для имен существительных: суффиксы -ок,
-онк, -онок

и др.). Только для существительных
характерна аббревиация.

Имена
прилагательные

имеют следующие дифференциальные
признаки:

категориальное
значение – признак предмета;

способ отображения
– номинативность;

грамматические
признаки: согласовательные (отображательные,
синтаксические) категории рода, числа,
падежа;

в
предложении выступают согласованными
определениями, именной частью сказуемого.

У служебных частей
речи учитывается их коммуникативная
заданность, грамматическая предназначенность
и т. д.

Итак, часть речи
– это структурно-семантический класс
слов с набором индивидуальных, только
ему присущих дифференциальных признаков.

5. Вопрос о контаминантах и лексиях. Некоторые направления изучения частей речи в современной лингвистике

Но
не все классы слов, рассматриваемые как
части речи, обладают набором собственных
дифференциальных признаков. Наиболее
ярким примером таких нестандартных
классов служат причастия и деепричастия,
которые традиционно рассматриваются
как формы глагола. Давно отмечено, что
причастие совмещает в себе свойства
глагола (категории вида, переходности,
залога, времени и т. д.) и имени
прилагательного (категориальное значение
признака предмета, «отображательные»,
то есть полностью зависимые от главного
компонента словосочетания, категории
рода, числа и падежа; синтаксические
функции – способность выступать в
предложении в роли согласованного
определения или именной части составного
сказуемого). Причастия пытались отнести
к именам прилагательным, но в этом случае
«лишними» оказывались глагольные
признаки. Гораздо чаще причастие
рассматривают как форму глагола. В этом
случае возникает один из наиболее ярких
лингвистических парадоксов: глаголу
(по одной из его форм) присваивается
способность изменяться по падежам, что
свойственно только
имени
.
Разрушение противопоставления «имя –
глагол» разрушает в то же время саму
классификацию частей речи.

Нельзя
согласиться и с теми учеными, которые
выделяют причастие в самостоятельную
часть речи. В этом случае под понятие
части речи подводятся разные языковые
факты: структурно-семантические классы
слов с набором индивидуальных
дифференциальных признаков (части речи)
и структурно-семантические классы слов
с набором дифференциальных признаков
двух частей речи. Последние получили
название «гибридных слов», «промежуточных
явлений», «контаминантных фактов» (В.В.
Виноградов, В.В. Бабайцева и др.). Исходя
из традиционного значения термина
«контаминант» (совмещение, перекрещивание
двух единиц, в результате чего возникает
единица нового уровня), их удобнее
назвать контаминантами. Итак, контаминанты
– лексико-грамматические
(структурно-семантические) классы слов,
в которых совмещаются (иногда в
трансформированном виде) дифференциальные
признаки двух частей речи. Перечислим
основные из контаминантов: причастия
(совмещают признаки глаголов и имён
прилагательных), деепричастия (объединяют
свойства глаголов и наречий), относительные
местоимения, или союзные слова (свойства
местоимений и союзов), слова типа тысяча,
миллион

(свойства
имён числительных и имён существительных)
и др.

Общий
вывод: все слова современного русского
языка по их лексико-грамматическим
свойствам, коммуникативной нагрузке
можно разделить на две группы: части
речи и контаминанты.

С
точки зрения структуры они могут быть
синтетическими
(простыми, однословными) и аналитическими
(составными). Аналитические формы
представлены в русском языке небольшим
количеством фактов и характеризуются
как идиоматические соединения
вспомогательного и полнозначного слова,
функционирующие в качестве элемента
грамматической формы последнего. Примеры
аналитических единиц: буду
читать

будущее
сложное время, более
ясный

аналитическая форма сравнительной
степени имени прилагательного и др.
Один компонент в них передаёт грамматическое
значение аналитической формы (ср.: буду
– 1 л., ед. ч.; более
– показатель
сравнительной степени), другой компонент
– лексическое значение (читать,
ясный
).

Но
в современном русском языке имеют место
единицы, включающие в себя 3, 4 и более
слов и рассматриваемые как части речи,
например: несмотря
на то что, в связи с тем что
и
др. – союзы; по
сравнению с, по направлению к

– предлоги.
Особую группу составляют имена
числительные, количество слов в которых
может быть больше десяти, например:
девятьсот
семьдесят два миллиарда восемьсот сорок
шесть миллионов пятьсот двадцать тысяч
триста девяносто девять
и
др.

Аналитические
единицы подобного типа, тождественные
словам по значению и употреблению, но
отличающиеся от них усложнённой
структурой (состоят из двух или более
слов), логично назвать вслед за Б. Потье
лексиями.
В лингвистической литературе их именуют
составными словами: составными союзами
(потому что,
невзирая на то что

и под.),
предлогами (недалеко
от, вместе с

и др.),
местоимениями (невесть
что, вот кто, неведомо куда

и др.) и т. д.

Особенностью
подобных единиц является то, что они
входят в область, промежуточную между
лексикой, морфологией и синтаксисом.
Лексии являются наименее исследованными
единицами языка.

Подведём
итоги. Все слова с учётом специфики их
лексико-грамматических свойств,
словообразовательных возможностей
могут быть разделены на части речи и
контаминанты (лексии традиционно
рассматриваются в системе частей речи,
хотя эта точка зрения требует дальнейшей
доработки).

Части
речи делятся на знаменательные
(полнозначные, самостоятельные) и
незнаменательные.
В составе знаменательных различают: 1)
именные части речи (имя существительное,
прилагательное, числительное, местоимение)
и неименные (глагол, наречие,
безлично-предикативные слова); 2) по
способу отображения – номинативные
(имя существительное, прилагательное,
числительное, глагол, наречие,
безлично-предикативные слова) и
местоимения; 3) по способности изменяться
– изменяемые (кроме наречий и
безлично-предикативных слов, не образующих
степени сравнения) и неизменяемые
(наречия и безлично-предикативные слова,
не образующие степени сравнения); 4)
среди изменяемых – склоняемые (имя
существительное, прилагательное,
числительное, местоимение), спрягаемые
(глагол в личной форме) и изменяемые по
степеням сравнения (наречия,
безлично-предикативные слова).

Незнаменательные
части речи делятся на 3 структурно-семантических
класса слов: модальные слова, служебные
слова, междометия.

Изменяемое
слово реализуется в совокупности форм.
Парадигмы могут быть полными и неполными
(то есть ущербными, некомплектными).
Вопрос о неполных парадигмах привлекал
внимание лингвистов, но разработан
недостаточно.

Приведём
примеры неполных парадигм: неизменяемость
имен существительных типа пальто,
шоссе
;
отсутствие краткой формы и синтетических
степеней сравнения у качественных
прилагательных (у слов типа ветхий
и др.);
отсутствие 1-го л. ед. ч. у глаголов типа
победить,
бдеть, очутиться
;
повелительного наклонения у глаголов
типа смеркаться
и др. Содержание явления такой неполноты
и причины возникновения его могут быть
различными. Важно описать их, создать
типологию, выявить содержание, показать
специфику каждого из них и определить
возможные пути их компенсации. Изучение
«ущербных парадигм» и способов компенсации
морфологической недостаточности в
перспективе поможет уточнить некоторые
из законов функционирования языка,
понять механизм его работы.

Наблюдения
над языком дают возможность ставить
вопрос о прогнозировании появления
отдельных классов или групп слов. При
этом надо учитывать несколько моментов:
язык изменяется постепенно, медленно;
в нём накапливаются элементы нового и
отмирают элементы старого, но затем
происходит качественный скачок, по
времени не всегда укладывающийся в
пределы человеческой жизни; причём темп
накоплений нового качества особенно
увеличивается в периоды социальных
изменений и усиления научно-технического
прогресса.

Качественное
изменение системы языка занимает два-три
столетия. «Древнерусский язык распался
на русский, украинский и белорусский в
течение XII–XIII вв. Старорусский язык
изменился в современный русский за
период с конца XVII по начало XIX в.» [Попова
З.Д. Общее языкознание. – Воронеж, 1987. –
С. 174].

Появление
новых групп слов может быть вызвано
тем, что определённые категории
объективной действительности осознаны
человеком и вербализованы с помощью
синтаксических средств (словосочетаний,
предложений и придаточных предикативных
единиц), но не имеют в языке соответствующих
лексем. Роль синтаксического фактора
в этом случае чрезвычайно велика.
Совершенно справедливо писал В.В.
Виноградов: «Морфологические формы –
это отстоявшиеся синтаксические формы.
Нет ничего в морфологии, чего нет или
прежде не было в синтаксисе и лексике.
История морфологических элементов и
категорий – это история смещения
синтаксических границ, история превращения
синтаксических пород в морфологические.
Это смещение непрерывно. Морфологические
категории непрерывно связаны с
синтаксическими. В морфологических
категориях происходят постоянные
изменения соотношений, и импульсы,
толчки к этим преобразованиям идут от
синтаксиса» [Виноградов В.В. Русский
язык: (грамматическое учение о слове).
– М.: Высшая школа, 1972. – С. 31]. Приведём
несколько примеров.

Категории
причины и цели осознаны человеком позже
многих других, в том числе категорий
времени, места и т. д. В современном
русском языке эти категории переданы
с помощью разнообразных синтаксических
средств: сочетаний существительного с
предлогом (из-за
усталости, благодаря другу

и под. – причинные отношения; для
образца

целевые отношения), придаточных частей
сложноподчинённых предложений (потому
что он пришел, из-за того что не выступил

и под. – причинные отношения; для
того чтобы добиться успеха, чтобы тебе
было удобно

и под. – целевые отношения).

На
уровне частей речи (морфологическом
уровне) категории причины и цели
вербализованы несколькими единицами:
в современном русском языке насчитывается
около десятка наречий причины и наречий
цели. Учитывая потребность выражения
данных категорий самым оптимальным
образом (с учётом экономии усилий
говорящего), то есть с помощью слова, а
не сочетания слов или придаточной части
сложного предложения, можно предположить,
что количество наречий причины и цели
будет увеличиваться.

На
уровне синтаксиса представлены с помощью
сочетания слов и придаточных частей
сложного предложения категории условия,
следствия, уступки. На уровне морфологии
они отсутствуют: в современном русском
языке нет наречий и местоимений условия,
следствия и уступки (исключение составляет
вопросительное местоимение когда
со значением условия и соответствующие
ответные местоимения, пример: Когда
ставится тире в простом предложении?
).

Учитывая
потребности в использовании названных
категорий, опираясь на опыт развития
языка, можно прогнозировать появление
наречий и местоимений условия, следствия,
уступки.

Идею
прогнозирования новых слоев лексики
активно пропагандировал В.Н. Миги­рин,
который в качестве доказательства
существования подобных явлений в русском
языке предложил классификацию местоимений
и одну из словообразовательных пара­дигм.
По мнению автора, обе они обладают
прогнозирующей силой [Мигирин В.Н. Язык
как система категорий отображения. –
Кишинев: Штиинца, 1973. – С. 219–226]. Созда­ние
прогнозирующих классификаций является
одной из задач современной лингвистики.

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Загрузка...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

+ 13 = 15